Специальная мониторинговая миссия в Украине Special Monitoring Mission to Ukraine Специальная мониторинговая миссия ОБСЕ в Украине Special Monitoring Mission to Ukraine
Антитеррористическая операция на востоке Украины

 

 

Последние новости от Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ в Украине на основе информации, поступившей по состоянию на 25 февраля 2019 года, 19:30

Этот отчет предоставляется для СМИ и широкой общественности. Официальной версией отчета является текст на английском языке Краткое изложение Миссия констатировала аналогичный уровень нарушений режима прекращения огня в Донецкой области и уменьшение количества таких нарушений в Луганской области по сравнению с предыдущими сутками. СММ зафиксировала нарушения режима прекращения огня на участках разведения сил и средств в районах Золотого и Петровского. Наблюдатели выявили вооружение, размещенное в нарушение линий отвода по обе стороны от линии соприкосновения. Миссия осуществляла мониторинг соблюдения режима прекращения огня для обеспечения возможности проведения осмотра и ремонтных работ на жизненно важных объектах гражданской инфраструктуры в Луганской области. Доступ СММ оставался ограниченным на всех трех участках разведения. Кроме того, свобода передвижения Миссии также ограничивалась в неподконтрольных правительству Верхнешироковском, Старомихайловке, в постоянном месте хранения вооружения в неподконтрольном правительству районе Донецкой области и в подконтрольном правительству Тарамчуке*. Нарушения режима прекращения огня [1] В Донецкой области Миссия констатировала аналогичный уровень нарушений режима прекращения огня, зафиксировав при этом меньше взрывов (220), по сравнению с предыдущими сутками (около 275 взрывов). Большинство нарушений режима прекращения огня, в том числе большая часть взрывов, зафиксированы в районах к югу и западу от Донецкой фильтровальной станции (ДФС; 15 км к северу от Донецка), к западу от н. п. Светлодарск (подконтрольный правительству, 57 км к северо-востоку от Донецка) и, как и прежде, в районах к юго-востоку, юго-юго-востоку и югу от н. п. Чермалык (подконтрольный правительству, 31 км к северо-востоку от Мариуполя). В Луганской области Миссия констатировала уменьшение количества нарушений режима прекращения огня, зафиксировав, среди прочего, 53 взрыва, по сравнению с предыдущими сутками (около 300 взрывов). Большинство нарушений режима прекращения огня зафиксировано вблизи участка разведения сил и средств в районе н. п. Золотое (подконтрольный правительству, 60 км к западу от Луганска). Участки разведения сил и средств [2] Вечером 24 февраля камера СММ в Золотом зафиксировала 1 снаряд, пролетевший ориентировочно в 1–3 км к востоку (по оценке, за пределами участка разведения). Днем 25 февраля, осуществляя наблюдение в н. п. Золотое-5 (Михайловка; подконтрольный правительству, 58 км к западу от Луганска), члены патруля СММ слышали 7 взрывов неопределенного происхождения на расстоянии примерно 4–5 км к западу (по оценке, в пределах участка разведения) и 7 выстрелов из стрелкового оружия ориентировочно в 1–2 км к северо-западу (по оценке, за пределами участка разведения). Находясь в н. п. Золотое-2 (Карбонит; подконтрольный правительству, 62 км к западу от Луганска), наблюдатели слышали 14 взрывов неопределенного происхождения ориентировочно в 4–5 км к юго-юго-западу (по оценке, за пределами участка разведения). В тот же день со своей позиции примерно в 2 км к северу от н. п. Петровское (неподконтрольный правительству, 41 км к югу от Донецка) команда Миссии слышала 2 взрыва неопределенного происхождения приблизительно в 2–3 км к юго-юго-западу (по оценке, в пределах участка разведения) [3]. Осуществляя мониторинг на участке разведения в районе н. п. Станица Луганская (подконтрольный правительству, 16 км к северо-востоку от Луганска), СММ констатировала там спокойную обстановку. Отвод вооружения СММ продолжала осуществлять мониторинг отвода вооружения, предусмотренного Меморандумом, а также Комплексом мер и Дополнением к нему. Вооружение, размещенное в нарушение линий отвода Подконтрольные правительству районы СММ зафиксировала: 24 февраля: 1 зенитный ракетный комплекс (9К33 «Оса») вблизи н. п. Новотроицкое (36 км к юго-западу от Донецка). Неподконтрольные правительству районы 24 февраля: беспилотный летательный аппарат (БПЛА) СММ малого радиуса действия зафиксировал: 3 танка (Т-64) неподалеку от н. п. Лобачево (13 км к востоку от Луганска); и 3 миномета (2Б14 «Поднос», 82 мм) вблизи н. п. Сентяновка (быв. Фрунзе; 44 км к западу от Луганска). Вооружение, размещенное за линиями отвода, но вне выделенных мест хранения вооружения Подконтрольные правительству районы 25 февраля: СММ зафиксировала: 1 танк (неустановленного типа) на железнодорожной станции в н. п. Покровск (быв. Красноармейск; 55 км к северо-западу от Донецка); и 1 зенитный ракетный комплекс (9K33) возле н. п. Заря (22 км к северо-востоку от Мариуполя). Вооружение, которое СММ не смогла верифицировать как отведенное [4] Места размещения отведенного тяжелого вооружения, расположенные за соответствующими линиями отвода в неподконтрольных правительству районах Донецкой области 24 февраля: Миссия отметила, что: 9 гаубиц (семь 2С1 «Гвоздика», 122 мм, и две Д-30 «Лягушка», 122 мм) по-прежнему отсутствуют. Места хранения вооружения Постоянное место хранения тяжелого вооружения в неподконтрольном правительству районе Луганской области 25 февраля: наблюдатели констатировали наличие вооружения, зафиксированного там ранее. Признаки военного присутствия и присутствия военного типа в зоне безопасности [5] Подконтрольные правительству районы 24 февраля: БПЛА СММ дальнего радиуса действия зафиксировал: 5 бронированных разведывательно-дозорных машин (БРДМ-2) в н. п. Новгородское (35 км к северу от Донецка). СММ зафиксировала: 3 боевых машины пехоты (БМП-1) в н. п. Золотое-1 (Солнечный; 61 км к западу от Луганска). Неподконтрольные правительству районы 24 февраля: мини-БПЛА СММ обнаружил: 7 БМП-1 и 2 бронетранспортера (МТ-ЛБ) возле н. п. Лобачево (13 км к востоку от Луганска). 23 февраля в н. п. Докучаевск (неподконтрольный правительству, 30 км к юго-западу от Донецка) команда СММ видела мужчину в зеленой камуфляжной одежде, который стоял возле зеленого внедорожника с российскими номерными знаками и, по-видимому, снимал патруль Миссии с помощью ручной камеры. Свежие воронки от разрывов снарядов 23 февраля мини-БПЛА СММ выявил 12 свежих воронок, по оценке, образовавшихся вследствие разрыва 82-мм минометных мин в лесопосадке (неподконтрольная правительству) на расстоянии примерно 500 м к югу от участка разведения в районе Золотого. 24 февраля мини-БПЛА СММ зафиксировал свежие повреждения дома (разрушение части крыши) в жилом районе подконтрольного правительству Золотого. По оценке СММ, они образовались в результате попадания артиллерийского снаряда или минометной мины. Тот же БПЛА выявил 14 свежих воронок, по оценке, образовавшихся вследствие разрыва артиллерийских снарядов или минометных мин на близлежащем поле (одна из воронок находилась в 2 м от дома). Новые знаки, предупреждающие о минной опасности На юго-западной крае дороги местного значения, примерно в 4 км к северо-востоку от н. п. Новомихайловка (подконтрольный правительству, 28 км к юго-западу от Донецка) команда СММ впервые видела 2 знака, предупреждающих о минной опасности, с изображениями черепа со скрещенными костями и надписями «Осторожно! Мины» на украинском и русском языках. На расстоянии примерно 300 м к югу от этого места наблюдатели впервые зафиксировали знак, на котором на украинском языке был указан рекомендованный порядок действий в случае обнаружения взрывоопасного предмета. Усилия СММ по содействию проведению ремонтных работ на объектах гражданской инфраструктуры Миссия осуществляла мониторинг соблюдения режима прекращения огня для обеспечения возможности проведения осмотра и ремонтных работ на водопроводах на Петровской насосной станции вблизи н. п. Артема (подконтрольный правительству, 26 км к северу от Луганска). СММ продолжала содействовать обеспечению функционирования ДФС. Приграничные районы, которые не контролируются правительством Ориентировочно за 35 минут наблюдения в пункте пропуска на границе возле н. п. Должанское (84 км к юго-востоку от Луганска) команда Миссии отметила, что из Украины выехали 4 автомобиля (2 с украинскими номерными знаками, 1 с табличками «ЛНР» и 1 с табличками «ДНР»), 3 тентованных грузовика (1 с украинскими номерными знаками, 1 с табличками «ЛНР» и 1 с табличками «ДНР») и 3 автобуса (2 с украинскими номерными знаками и 1 с табличками «ДНР»), а также вышли 14 человек (двенадцать мужчин и две женщины, в возрасте от 25 до 40 лет). В то же время наблюдатели зафиксировали, что в Украину заехали 5 автомобилей (2 с украинскими номерными знаками, 1 с российскими, 1 с грузинскими и 1 с табличками «ЛНР»). Миссия продолжала следить за ситуацией в Херсоне, Одессе, Львове, Ивано?Франковске, Харькове, Днепре, Черновцах и Киеве. *Ограничение свободы передвижения и другие препятствия в выполнении мандата СММ Деятельность по мониторингу и свобода передвижения СММ ограничены из-за угроз в области безопасности, включая риски, связанные с наличием мин и неразорвавшихся боеприпасов, а также другими препятствиями, которые ежедневно меняются. Мандат СММ предусматривает свободный и безопасный доступ по всей Украине. Все подписанты Комплекса мер согласились с необходимостью свободного и безопасного доступа, а также с тем, что ограничение свободы передвижения СММ является нарушением и что на подобные нарушения необходимо оперативно реагировать. Они также согласились с тем, что Совместный центр контроля и координации должен содействовать такому реагированию и осуществлять общую координацию работ по разминированию. Однако вооруженные формирования в отдельных районах Донецкой и Луганской областей часто отказывают СММ в доступе к районам, прилегающим к неподконтрольным правительству участкам границы Украины (например, см.  Ежедневный отчет СММ от 25 февраля 2019 года).Деятельность СММ в Донецкой и Луганской областях оставалась ограниченной после того, как 23 апреля 2017 года неподалеку от Пришиба произошел инцидент со смертельным исходом. В связи с этим способность Миссии осуществлять наблюдение по-прежнему ограничена. Запрет доступа: На блокпосте возле н. п. Верхнешироковское (быв. Октябрь; неподконтрольный правительству, 29 км к северо-востоку от Мариуполя) члены вооруженных формирований дважды снова отказывали патрулям СММ в проезде, когда наблюдатели отказались предъявить план патрулирования. В обоих случаях они сослались на «проведение в этом районе работ по разминированию». На блокпосте около н. п. Старомихайловка (неподконтрольный правительству, 15 км к западу от Донецка) члены вооруженных формирований отказали наблюдателям в проезде, сославшись на «военные действия в этом районе». На блокпосте в н. п. Тарамчук (подконтрольный правительству, 29 км к юго-западу от Донецка) военнослужащий Вооруженных сил Украины отказал патрулю СММ в проезде, сославшись на «проведение работ по разминированию». Команде Миссии не удалось посетить постоянное место хранения вооружения в неподконтрольном правительству районе Донецкой области. Оно было заперто, никого на месте не было. Регулярные ограничения на участках разведения сил и средств и из-за мин/неразорвавшихся боеприпасов: Не осуществив сплошное разминирование и извлечение неразорвавшихся боеприпасов, стороны по-прежнему отказывали СММ в неограниченном доступе к трем участкам разведения, а также в возможности передвигаться по отдельным дорогам, которые ранее были определены как важные для осуществления Миссией эффективного мониторинга и для передвижения гражданских лиц. [1]   Более подробная информация обо всех случаях нарушения режима прекращения огня, а также карты Донецкой и Луганской областей, где отмечены все места, упомянутые в отчете, представлены в приложении. В течение отчетного периода камеры СММ на шахте Октябрьская и в Светлодарске не функционировали. [2] Разведение предусмотрено Рамочным решением Трехсторонней контактной группы о разведении сил и средств от 21 сентября 2016 года. [3]  Из-за наличия мин, в том числе на дороге между Богдановкой и Петровским, доступ наблюдателей к камере СММ в Петровском остается ограниченным. Соответственно, Миссия лишена доступа к отснятому камерой материалу с 22 июня 2018 года. [4]  Наблюдатели посетили места, в которых ранее размещалось вооружение, которое они не смогли верифицировать как отведенное, поскольку условия его хранения не соответствовали критериям, указанным в сообщении от 16 октября 2015 года относительно эффективного мониторинга и верификации отвода тяжелого вооружения, направленном СММ подписантам Комплекса мер. [5]  Упомянутая в этом разделе техника не подпадает под действие Минских соглашений об отводе вооружений.

Latest from the OSCE Special Monitoring Mission to Ukraine (SMM), based on information received as of 19:30, 25 February 2019

Summary

  • Compared with the previous 24 hours, the SMM recorded a similar number of ceasefire violations in Donetsk region and fewer ceasefire violations and Luhansk region.
  • The Mission recorded ceasefire violations inside the disengagement areas near Zolote and Petrivske.
  • The SMM saw weapons in violation of the withdrawal lines on both sides of the contact line.
  • The Mission monitored adherence to the ceasefire to enable an inspection of and repair works to essential civilian infrastructure in Luhansk region.
  • Restrictions of the Mission’s access continued in all three disengagement areas. The SMM was also restricted in non-government-controlled Verkhnoshyrokivske and Staromykhailivka, at a permanent storage site in a non-government-controlled area of Donetsk region, as well as in government-controlled Taramchuk.*

Ceasefire violations[1]

In Donetsk region, the SMM recorded similar number of ceasefire violations, including, however, fewer explosions (220), compared with the previous 24 hours (about 275 explosions). The majority of ceasefire violations, including the majority of explosions, were recorded in areas south and west of the Donetsk Filtration Station (DFS) (15km north of Donetsk), at westerly directions of Svitlodarsk (government-controlled, 57km north-east of Donetsk) and again in areas south-east, south-south-east and south of Chermalyk (government-controlled, 31km north-east of Mariupol).

In Luhansk region, the Mission recorded fewer ceasefire violations, including 53 explosions, compared with the previous 24 hours (about 300 explosions). The majority of ceasefire violations were recorded in areas close to the disengagement area near Zolote (government-controlled, 60km west of Luhansk).

Disengagement areas[2]

On the evening of 24 February, the SMM camera in Zolote recorded a projectile in flight at an assessed range of 1-3km east (assessed as outside the disengagement area). During the day on 25 February, positioned in Zolote-5/Mykhailivka (non-government-controlled, 58km west of Luhansk), the Mission heard seven undetermined explosions at an assessed range of 4-5km west (assessed as inside the disengagement area) as well as seven shots of small-arms fire at an assessed range of 1-2km north-west (assessed as outside the disengagement area). Positioned in Zolote-2/Karbonit (government-controlled, 62km west of Luhansk), the SMM heard 14 undetermined explosions at an assessed range of 4-5km south-south-west (assessed as outside the disengagement area).

On the same day, positioned about 2km north of Petrivske (non-government-controlled, 41km south of Donetsk), the SMM heard two undetermined explosions at an assessed range of 2-3km south-south-west (assessed as inside the disengagement area).[3]

Positioned in the disengagement area near Stanytsia Luhanska (government-controlled, 16km north-east of Luhansk), the SMM observed a calm situation.

Withdrawal of weapons

The SMM continued to monitor the withdrawal of weapons in implementation of the Memorandum and the Package of Measures and its Addendum.

In violation of the withdrawal lines

Government-controlled areas

The SMM saw:

24 February

  • a surface-to-air-missile system (9K33 Osa) near Novotroitske (36km south-west of Donetsk).

Non-government-controlled areas

24 February

An SMM mini-unmanned aerial vehicle (UAV) spotted:

  • three tanks (T-64) near Lobacheve (13km east of Luhansk) and
  • three mortars (2B14 Podnos, 82mm) near Sentianivka (formerly Frunze, 44km west of Luhansk).

Beyond withdrawal lines but outside of designated storage sites

Government-controlled

25 February

The SMM saw:

  • a tank (type undetermined) at a train station in Pokrovsk (formerly Krasnoarmiisk, 55km north-west of Donetsk) and
  • a surface-to-air-missile system (9K33) near Zoria(22km north-east of Mariupol).

Weapons that the SMM could not verify as withdrawn[4]

At heavy weapons holding areas beyond the respective withdrawal lines in non-government-controlled areas of Donetsk region

24 February

The SMM noted that:

  • nine howitzers (seven 2S1 Gvozdika, 122mm and two D-30 Lyagushka, 122mm) continued to be missing.

Weapons storage sites

At heavy weapons permanent storage site in a non-government-controlled area of Luhansk region

25 February

The SMM noted previously observed weapons.

Indications of military and military-type presence in the security zone[5]

Government-controlled areas

24 February

An SMM long-range UAV spotted:

  • five armoured reconnaissance vehicles (BRDM-2) in Novhorodske (35km north of Donetsk).

The SMM saw:

  • three infantry fighting vehicles (IFV) (BMP-1) in Zolote-1/Soniachnyi (61km west of Luhansk).

Non-government-controlled areas

24 February

An SMM mini-UAV spotted:

  • seven IFVs (BMP-1) and two armoured personnel carriers (MT-LB) near Lobacheve (13km east of Luhansk).

On 23 February, in Dokuchaievsk (non-government-controlled, 30km south-west of Donetsk), the SMM saw a man wearing green camouflage clothing standing in front of a green sport utility vehicle with Russian Federation licence plates, apparently recording the SMM with a hand-held camera.

Recent impact craters

On 23 February, an SMM mini-UAV spotted 12 recent craters, assessed as impacts of 82mm mortar rounds, in a wooded area (non-government-controlled), about 500m south of the Zolote disengagement area.

On 24 February, an SMM mini-UAV spotted fresh damage to a house (part of its roof destroyed), assessed as caused by an artillery or mortar round, within a residential area of government-controlled Zolote. The same UAV spotted also 14 fresh craters, assessed as impacts of artillery or mortar rounds, in a nearby field (one of the craters was 2m from a house).

New mine hazard signs

The Mission saw for the first time two mine hazard signs with a “skull and crossbones” and “Danger Mines” written in Ukrainian and Russian placed on the south-western edge of a local road about 4km north-east from Novomykhailivka (government-controlled, 28km south-west of Donetsk). About 300m south of that location, the Mission saw for the first time a sign advising in Ukrainian how to act in case of spotting an explosive object.

SMM facilitation of repair works to civilian infrastructure

The SMM monitored adherence to the ceasefire to enable an inspection of and repair works to water transmission lines at the Petrivske water pumping station near Artema (government-controlled, 26km north of Luhansk). The Mission continued to facilitate the operation of the DFS.

Border area outside of government control

While at a border crossing point near Dovzhanske (84km south-east of Luhansk) for about 35 minutes, the SMM saw four cars (two with Ukrainian licence plates, as well as one with "LPR” and one with “DPR” plates), three covered cargo trucks (one with Ukrainian licence plates, as well as one with “LPR” and one with “DPR” plates), three buses (two with Ukrainian licence plates and one with “DPR” plates) and 14 pedestrians (12 men and two women, 25-40 years old) exiting Ukraine. During the same time, the Mission saw five cars (two with Ukrainian, one with Russian Federation and one with Georgian licence plates, and one with “LPR” plates) entering Ukraine.

The Mission continued monitoring in Kherson, Odessa, Lviv, Ivano-Frankivsk, Kharkiv, Dnipro, Chernivtsi and Kyiv.

*Restrictions of SMM’s freedom of movement or other impediments to fulfilment of its mandate

The SMM’s monitoring and freedom of movement are restricted by security hazards and threats, including risks posed by mines, unexploded ordnance (UXO) and other impediments – which vary from day to day. The SMM’s mandate provides for safe and secure access throughout Ukraine. All signatories of the Package of Measures have agreed on the need for this safe and secure access, that restriction of the SMM’s freedom of movement constitutes a violation, and on the need for rapid response to these violations. They have also agreed that the Joint Centre for Control and Co-ordination should contribute to such response and co-ordinate mine clearance. Nonetheless, the armed formations in parts of Donetsk and Luhansk regions frequently deny the SMM access to areas adjacent to Ukraine’s border outside control of the Government (for example, see SMM Daily Report of 25 February 2019). The SMM’s operations in Donetsk and Luhansk regions remain restricted following the fatal incident of 23 April 2017 near Pryshyb; these restrictions continued to limit the Mission’s observations.

Denials of access:

  • At a checkpoint near Verkhnoshyrokivske (formerly Oktiabr, non-government-controlled, 29km north-east of Mariupol), members of the armed formations again denied the SMM passage on two occasions, after the Mission refused to show its patrol plan. Both times they cited “demining activities in the area”.
  • At a checkpoint near Staromykhailivka (non-government-controlled, 15km west of Donetsk), members of the armed formations denied the SMM passage, citing “military movements in the area”.
  • At a checkpoint in Taramchuk (government-controlled, 29km south-west of Donetsk), a Ukrainian Armed Forces soldier denied the SMM passage, citing “ongoing demining operations”.
  • The SMM was unable to visit a permanent storage site in a non-government-controlled area of Donetsk region. The site was locked and no personnel were present.

Regular restrictions related to disengagement areas and mines/UXO:

  • The sides continued to deny the SMM full access to the three disengagement areas, as well as the ability to travel certain roads previously identified as important for effective monitoring by the Mission and for civilians’ movement, through failure to conduct comprehensive clearance of mines and UXO.

[1] For a complete breakdown of ceasefire violations, please see the annexed table. During the reporting period, the SMM cameras at Oktiabr mine and in Svitlodarsk were not operational.

[2] Disengagement is foreseen in the Framework Decision of the Trilateral Contact Group relating to disengagement of forces and hardware of 21 September 2016.

[3] Due to the presence of mines, including a road between Bohdanivka and Petrivske, the SMM’s access to its camera in Petrivske remains limited, and thus the SMM has not been able to access observations from the camera since 22 June 2018.

[4] The SMM visited areas previously holding weapons that could not be verified as withdrawn, as their storage did not comply with the criteria set out in the 16 October 2015 notification from the SMM to the signatories of the Package of Measures on effective monitoring and verification of the withdrawal of heavy weapons. The SMM noted that two such sites continued to be abandoned.

[5] The hardware mentioned in this section is not proscribed by the provisions of the Minsk agreements on the withdrawal of weapons.

Источник https://www.osce.org/special-monitoring-mission-to-ukraine/412514